ОТКРЫТИЕ (lexkimdoors) wrote,
ОТКРЫТИЕ
lexkimdoors

И приснился мне сон

Того, о чем я расскажу, никогда не было.  Все совпадения случайны.

Stats
Моей последней фотографии осенью будет четыре года.  С тех пор, я стал немного стройней и у меня прибавилось седины.
Это были последние мгновения счастья в той жизни, которая подходила к концу. Господи, до чего же это был сладкий сон - и безумный и грустный.

1
Я встретил  Лену на пьяной вечеринке у знакомой семейной пары, в забытом Богом шахтерском поселке. Дело было ранней весной 1992 года.
Не помню точно, по какому поводу шла пьянка - скорей всего, это было 8 марта.
Я просто не мог не обратить внимание на эту, прежде, мне незнакомую девушку - тонкая, одинокая, отстраненная от остальных - говорят таких выбирают в жертвы маньяки.  - Да, да - она тоже, не раз потом говорила мне - "Ты - маньяк!", - говорила, конечно, в шутку.
В тот вечер, я был желанным гостем - что-то вроде гвоздя программы. В тихо, а иногда и не очень,  деградиирующем  поселении, где все еще проживало достаточно много молодых семей для того, чтобы стать популярной персоной и желанным гостем, достаточно было уметь пить водку и нести какую-нибудь понтовую чушь. Ну, а если ты приходил с выпивкой, то статус, становился звездным. Не уверен правда, что праздник жизни, в тот вечер, оплачивал я, но не так уж это и важно.  Люди любили меня и без денег - достаточно для того, чтобы в тот вечер я находился в прекрасном состоянии духа.
Я был открыт для любви.
К тому времени у меня уже был опыт  -  достаточно разнообразный, достаточно неудачный и болезненный, но любовь к женщине, к женской красоте и сексуальности от этого не становилась ни слабей, ни притягательней.
В то мгновение, я конечно не думал об этих вещах, - я просто увидел девушку, которая понравилась мне.
В какой-то момент, вся веселая компания - хозяева со всеми гостями, куда-то исчезли, и я, наконец, смог до нее добраться.  Не помню, что я говорил ей и что она мне отвечала, но чувство было такое, что она не возражает.  Поддавшись этому чувству, я вскинул ее на руки и понес в спальню - то, что это была чужая спальня меня совершенно не волновало. Но в этот момент, моя дроагоценная ноша вдруг вскинула на меня взгляд и произнесла "Может,  не стоит?"  Такое трезвомыслие отрезвило и меня - я  отпустил ее с рук и оставил в покое. Мы с Леной  впечатлили друг друга в тот вечер.
Спустя годы она рассказала мне, что именно этого она и добивалась. Бедным, глупым девченкам, которых заперли в этом гиблом поселке жизненные обстоятельства и сама нелегкая, я казался завидной долей. Недаром говорят - бойся своих желаний, человек.
В свою очередь, и я оставил ее в покое, тогда, совсем не потому, что мне хотелось быть благодородным, - то есть хотелось, конечно, но не настолько, далеко не настолько!
Но я, как раз, боялся!
Я боялся не желания, но разочарования - была у меня с женщинами такая проблема и ведь именно с теми, к которым меня тянуло. - Вот, как-то так, все у меня было непросто - любил женщин, страстью пылал, - но боялся. И отказаться я не мог никогда и не хотел отказываться. Поэтому я так легко снял себя маску мачо - с немалой долей облегчения, на самом деле.
Я был открыт для любви и я очень хотел ее, ждал мгновения когда она постучит, но сам выходить за дверь я не любил.

Мой дом, тогда, находился  в Холмске, почти в самом конце затерявшейся между холмов деревушке, которая считалась улицей Волкова. Такие улицы, наверное, есть в каждом российском городе - целые деревни с дворами, заборами и калитками, с пасущимися коровами, утками и родниками.  В те страшно интересные и не слишком еще далекие времена, свой хлеб я добывал на "паромке" - в городе так называли район паромной переправы. Это был хороший хлеб, даже роскошный, по тем временам, - не слишком трудный и не слишком криминальный. Имей я ум или жадность, я бы мог без труда взять с этой точки хороший старт, но ни то, ни другое мой тогдашний багаж  не наполняло.  Моя безумная натура и удачливость, несмотря на все, что мне к тому времени уже довелось пережить, позволяли мне оставаться инфантильным романтиком, не потерявшим юмор и кураж.
Я был скромным парнем и мне немного было нужно для куража - пристанище, женщина, немного хлеба и немного достоинства. Женщина у меня была - собственно говоря, это был ее а не мой дом. Все остальное давали мне мои мысли и размышления.
По этой причине я редко погружался  в то, что могло стать моим настоящим делом, а просто приходил и брал, по необходимости, свое, с того места, которое за собой "застолбил".
Это тоже было круто - застолбить за собой место у такого изобильного источника.  Кажется невероятным, но, удивительнейшим образом, местная братва, тогда и  в  последующие годы, так и не открыла для себя этот остров изобилия. Случись оно так, - ничего бы я там себе, так легко, не "застолбил".  Мир крутых ребят был мне знаком, но этот мир не был моим миром.
Я был бродягой.
А тут дело приходилось иметь с мужиками, и с этим я мог справляться.
Пара хороших дней, а иногда и один,  единственный позволяли заработать без всякого воровства столько, сколько не каждый мужик зарабатывал в месяц, а главное - на государтвенных предприятиях в реальности мало кто получал свою зарплату, вообще. Что касается воровства, - можно сказать, что на "паромке" воровства не было - то от чего ахнули бы в любом другом месте, здесь, как нечто криминальное, вообще, не воспринималось и не имелось ввиду. Просто брали. Иногда, до невероятности просто.


На паромку меня затянул мой зять Толик Тапков – это произошло в 90-м, за два в половиной года до того как я встретил Лену. Толика так и звали - «Тапок», он знал эту «жирную яму» еще с советских лет. Повторюсь, но это было, действительно, уникальное место, просуществовавшее четверть века в стороне от многих глаз. Там - на паромке Толик и начал спиваться. Пили там все и каждый день – потому, что каждый день была работа, которую оплачивали наличными сразу по выполнению, к тому же, почти всегда у них была бесплатная закуска, а нередко и сама выпивка. Моя старшая сестра нашла его, буквально в канаве, где Толян отсыпался после очередного «догона». Ему тогда было лет тридцать пять – не больше, крепкий парень среднего роста, лицом он был очень похож на боксера Поветкина, хоть и пил он до самозабвения в тот вечер, и вообще, но пил не что попало, и питался хорошо.  К тому же, хоть он и был помят, и испачкан, но одежда на нем была хорошая - не дешевая и не старая.  Должно быть, все это не ускользнуло от цепкого женского взгляда, так что, очнулся наш Тапок уже под ее крышей. У него был уже неудачный брак и сын от первого брака, - но кого это могло удивить или смутить?
Я очень виноват перед ним, виноват так, что об этом и расскажет не каждый, но я расскажу и об этом и о многих других моих грехах и долгах – постепенно и по порядку.
Я сидел без работы и пребывал в депрессии из-за того, что Ирина – хозяйка моего лежбища жутко подвела меня и подставила в самом начале нашего совместного с ней проекта, когда Толик, которого я случайно встретил в городе, узнав о моих проблемах, «притащил» меня на паромку.  
Читать дальше...

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments