ОТКРЫТИЕ (lexkimdoors) wrote,
ОТКРЫТИЕ
lexkimdoors

И приснился мне сон (отрывок)

Того, о чем я расскажу, никогда не было.  Все совпадения случайны.
Stats
Вообще-то, я уже был немного знаком с паромкой  и даже был знаком кое с кем из ее старых «аборигенов». Так я узнал среди них «Ежа» , Сашу Травина и еще пару лиц были мне знакомы. Они не вспомнили меня сразу потому, что прошло больше десяти лет  с тех дней, когда я впервые  побывал на паромке - мне тогда было всего шестнадцать. Это Штугерт приводил пару раз нас с Пакичем на паромку. Без него, нас и на милю не подпустили бы к этому месту.

Это был памятный мне 1981-вый. На паромке, в то время, работали только «свои» - «блатные» мужики, которые удачно выпавшим на их долю лишним живым рублем делиться ни кем не спешили – так что, этот «клуб» был очень закрытым, в то время. То есть и спустя 11 лет он оставался закрытым, но уже не настолько – да и то не было было уже заслугой суровых «паромщиков», им просто повезло - тут,  я хорошо знаю, о чем говорю.
Но только не для Штугерта эти двери были закрыты – он и здесь был своим человеком. Дело в том, что костяк общины «паромщиков»  составляли пожарники. Это, действительно, были пожарники работавшие при бумажном заводе, территория которого вплотную примыкала к «паромке». Обе эти территории охранялись вооруженными тетками – так что, хоть это, конечно, не было так серьезно, как на государственной границе, но проходы надо было знать, -  особенно для транспорта, и особенно для грузового. Паромку строили и открывали для завоза и вывоза грузов с острова по железной дороге.  С того момента, когда была пущена "паромка",  грузы  потекли потоком, который набирал силу с вводом в строй очередного парома серии «Сахалин».  Тут-то вовсю и напомнила о себе та проблема, что на Сахалине, в то время,  весь железнодорожный транспорт ходил по колее проложенной японцами еще до сороковых годов. Надо заметить, что паромка располагала специальным депо, в котором под вагонами просто меняли тележки с колесами – со стандартной колеи на местную, которая была уже "материковской" на несколько сантиметров. Кроме того, у них была штатная бригада автопогрузчиков.  И все же, по мере нарастания потока грузов, возникла необходимость в наемных грузчиках. Составы подгоняли к «рампе» - с одной стороны местная колея, а с другой «материковская», открывались вагоны и через цепкие мужицкие  руки из одних вагонов в другие рекой перетекали самые разнообразные грузы. В основном это были продукты питания. Сначала, за эту работу платили не слишком много, да и работы этой много стало не сразу. Но, тем не менее, синий «пятак»,  на худой день, был неплохим привеском для любого мужика. А это мог быть и «червонец» и больше. Ну и «брали», разумеется, все исколько могли…  Но это было только начало, - народ был еще воспитанный и скромный.

Кому же - как ни пожарникам, оказавшимся волей случая по соседству с таким Эльдорадо, сам Бог велел стать первыми, кто оказался на этой поляне и стал ее распахивать? - У кого еще могло быть столько времени, в рабочее время, чтобы проявлять любопытство и узнавать - что творится за высоким каменным забором, в котором всегда найдется пара хорших дыр?
«Ёж» и Травин были пожарниками,  и Штугерт частенько заглядывал к ним в «пожарку»,  чтобы «покатать» в «сечку» - еще одно любимое занятие пожарных. Несколько раз он брал с собой и нас Пакичем. Бывало за карточным столом сидели сутками и часто, в течении этих суток, подходила очередная шабашка или как говорили они «шара». Тогда и Штугерт шел с ними работать, если был не в «подъеме», и нас он тоже  брал с собой.
И вот теперь, уже «взрослым» человеком, я познакомился с этими людьми и с этим местом второй раз и это второе знакомство, оказалось гораздо дольше и ближе первого. Шло то время,  когда Союз  еще существовал, но уже доживал свои последние  месяцы. То же  самое было и с рублем – ему уже оставалось совсем недолго быть тем рублем, к которому тогдашние россияне были привычны с детства. Но, пока еще, об этом мало кто догадывался и за один единственый рубль еще можно было купить сигареты со спичками  и пару бутылок пива, или уехать в соседний городок.
Однако, за прошедшие годы, многое и здесь изменилось, причем, по большему счету, в, совсем, не плохую сторону. -  Уже давно развивались кооперативы, все больше стало появляться предпринимателей,  ввозивших на Сахалин свою продукцию, в то время, как и государственные программы обеспечения острова, никто не отменял. Одним словом, работы в тот момент было в изобилии, и брали теперь «паромщики»  за свою работу больше, и торговаться учились уверенней, и смелей.
А  уж как научились «брать»…
Иногда, заработанного в течении двух  дней мне хватало на то, чтобы месяц не выходить из дома, иногда этого хватало на пару часов игры. А, иногда, прикупив у коммерсантов  какой-нибудь спиртной и табачной «экзотики» я ехал в поселок повидать своих детей, старых приятелей  и, может быть, зачем то еще…
Может быть, я искал ее. 

В следующий раз я увидел ее уже летом, когда приехал в поселок с намерением, которое рассмешило бы любого, кто хоть немного знал меня в той жизни. – Я решил попробовать стать коммерсантом.
Копить деньги я не умел от слова совсем, как модно сейчас говорить, но это не значило никогда, что я когда-то их не любил. Мне чертовски нравились деньги, но с ними у меня была та, же проблема, что и с красивыми женщинами – они волновали меня, вызывали желание их иметь и, одновременно, пугали. - Пугало то,  что я не умел обращаться с ними,  то, что я чувствовал себя неготовым, не доросшим до них.
Однако, я никогда не думал сдаваться и продолжал мечтать и о красивых женщинах, и о красивой любви, и о том, что у меня будут деньги, и будет все, что есть у успешного человека. Мне было двадцать семь, и я был едва ли не абсолютно инфантильным, во всем, что касалось этих, столь волнительных для меня, вопросов. Если вы спросите – «Да как же ты, такой лошара, не подох от голода, не спился, не сдрочился, не стал наркоманом и не сошел с ума?», я отвечу –  мне просто повезло, мне очень везло в той жизни.
Конечно, везение – палка о двух концах.  Мне пришлось платить за это везение и, может быть, я еще не сполна заплатил.
Но я ни о чем не жалею.


В то лето я уже расстался с Ириной. После  кошмара длиной в два с половиной, прожитых с ней,
года, я приходил в себя с чувством человека прошедшего важное испытание. Поток  протекающий через паромку, все набирал силу, но росла и конкуренция. Я подумывал о том, чтобы заняться коммерцией – почему нет?  - Купил – продал, купил, продал – это представлялось, примерно, так. Пара мужиков,  которых и паромка, и вся округа  помнили  отпетыми забулдыгами, успели закодироваться и уже вовсю ели предпринимательский хлеб. Все решил случай, а точней все та же паромка, в один из рабочих дней  «пославшая» мне небольшую партию сыра и полдесятка ящиков новозеландского сливочного масла. В глубине души, мне нравилось иметь большие запасы, но сыра с маслом было слишком много и я решил, что все это надо грамотно реализовать Подобное случалось не раз и прежде – в таких случаях, мы «сбрасывали» «отработанные» продукты за бесценок, в пару ближайших ресторанов, как коллективную «добычу», и честно делили деньги. Но на этот раз, добыча была только моей и продавать все это за бесценок мне уже не хотелось. Это был отличный – «российский» сыр – не тот пальмовый эрзац, который россиянам предлагают в магазинах сегодня, и масло было высшего сорта. Такие продукты заслуживали хорошей цены, и особенно, как справедливо я рассудил, этого заслуживал их владелец.
Наилучшей идеей мне показалось – отвезти весь мой товар в поселок и продать его там. Резон в этом действительно был.


Эта история - не криминальная сага, как это может показаться, в начале.
Это - рассказ простого, никому не известного, человека, который родился полвека назад и все это время жил в России - рассказ о жизни, о том какой прекрасной она бывает и от чего превращается в ад.
Я веду этот рассказ от своего лица, но не думайте, что все это происходило со мной. Эта история сложена из обрывков воспоминаний, а их такое множество, что не везде и разберешь - где твои воспоминания, где чужие - рассказанные другими людьми, а где и вовсе - лишь всплывшие в памяти грезы, да истертые эпизоды когда-то - очень давно прочитанных книг.
Лишь только то, что я расскажу о себе - не придумано. Остальное - сон.

Продолжение следует. Начало здесь
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments